Вни­ма­тель­но про­чи­тай­те пред­ло­жен­ный текст и изу­чи­те дан­ные, при­ве­ден­ные в нем. Вы­де­ли­те для себя ос­нов­ную идею этого тек­ста в целом. Пе­ре­чи­тай­те его еще раз и об­ду­май­те ос­нов­ные ар­гу­мен­ты ав­то­ра. В каж­дой части тек­ста есть во­про­сы на по­ни­ма­ние  — дайте от­ве­ты на них.

По каж­до­му из сле­ду­ю­щих «боль­ших» во­про­сов на­пи­ши­те раз­вер­ну­тый ар­гу­мен­ти­ро­ван­ный ответ, ис­поль­зуя об­ще­ство­вед­че­ские по­ня­тия и под­хо­ды (1 стр.). Пи­ши­те раз­бор­чи­во. Кроме от­ве­тов на во­про­сы в ра­бо­те не долж­но быть ни­ка­ких по­ме­ток.

Сле­ду­ет от­ме­тить, что ли­бер­та­ри­ан­ское со­об­ще­ство пока не может вы­ра­бо­тать адек­ват­ную ре­ак­цию на кон­цеп­цию ан­тро­по­ген­но­го из­ме­не­ния кли­ма­та.

В мейн­стрим­ных кон­цеп­ци­ях гло­баль­ное из­ме­не­ние кли­ма­та изоб­ра­жа­ет­ся как след­ствие си­стем­но­го про­ва­ла сво­бод­но­го рынка  — его не­спо­соб­но­сти обес­пе­чить же­ла­е­мые эко­ло­ги­че­ские, эко­но­ми­че­ские и со­ци­аль­ные ре­зуль­та­ты. Для боль­шин­ства ин­ди­ви­дов лич­ная вы­го­да от, ска­жем, по­езд­ки на ав­то­мо­би­ле вме­сто ав­то­бу­са с лих­вой пе­ре­кры­ва­ют любой ущерб от их соб­ствен­но­го не­зна­чи­тель­но­го вкла­да в из­ме­не­ние кли­ма­та. Со­от­вет­ствен­но, лич­ные ин­те­ре­сы по­буж­да­ют их са­дить­ся за руль, а не поль­зо­вать­ся об­ще­ствен­ным транс­пор­том. Но чем боль­ше машин вы­ез­жа­ет на до­ро­гу, тем боль­ше объем вы­бро­сов пар­ни­ко­вых газов в ат­мо­сфе­ру, а они спо­соб­ству­ют кли­ма­ти­че­ским из­ме­не­ни­ям. Как от­ме­тил в своей зна­ме­ни­той ста­тье Гар­рет Хар­дин, «пока мы ведем себя лишь как не­за­ви­си­мые, ра­ци­о­наль­но мыс­ля­щие, сво­бод­ные пред­при­ни­ма­те­ли, сама си­сте­ма по­буж­да­ет нас «га­дить в соб­ствен­ном гнез­де»» (Hardin 1968:1245). Ав­то­ры до­кла­да Меж­пра­ви­тель­ствен­ной груп­пы экс­пер­тов по из­ме­не­нию кли­ма­та (МГИК) при­дер­жи­ва­ют­ся ана­ло­гич­ной точки зре­ния, ха­рак­те­ри­зуя вклад ин­ди­ви­дов в из­ме­не­ние кли­ма­та как меж­ду­на­род­ные экс­тер­на­лии, а устой­чи­вость ми­ро­вой кли­ма­ти­че­ской си­сте­мы  — как меж­ду­на­род­ное «об­ще­ствен­ное благо».

Ради смяг­че­ния гло­баль­но­го из­ме­не­ния кли­ма­та не­об­хо­ди­мо будет жерт­во­вать опре­де­лен­ны­ми ин­те­ре­са­ми, и со­от­вет­ству­ю­щие дей­ствия ин­ди­ви­дов све­дут­ся к нулю, если их при­ме­ру не ста­нут сле­до­вать дру­гие. Сле­до­ва­тель­но, ло­гич­но было бы пред­по­ло­жить, что в от­сут­ствие не­ко­е­го меж­ду­на­род­но­го со­гла­ше­ния, га­ран­ти­ру­ю­ще­го при­вле­че­ние ши­ро­ких масс к борь­бе с кли­ма­ти­че­ски­ми из­ме­не­ни­я­ми, мно­гие ин­ди­ви­ды не будут пред­при­ни­мать се­рьез­ных шагов в этом на­прав­ле­нии. К со­жа­ле­нию, ко­ор­ди­ни­ро­вать вы­пол­не­ние такой до­го­во­рен­но­сти не­за­ви­си­мым ры­ноч­ным ак­то­рам будет слиш­ком труд­но. Любая по­доб­ная по­пыт­ка столк­нет­ся с рядом пре­пят­ствий  — от вы­со­ких пе­ре­го­вор­ных из­дер­жек при за­клю­че­нии по­доб­ной до­го­во­рен­но­сти до не­из­беж­но­го сти­му­ла к на­ру­ше­нию ее усло­вий.

Факт: в целях вы­пол­не­ния своих обя­за­тельств по Ки­от­ско­му про­то­ко­лу Ев­ро­со­юз в 2005 году ввел в дей­ствие соб­ствен­ную Ев­ро­пей­скую схему тор­гов­ли кво­та­ми (ЕСТК). Суть в том, что квоты, вы­да­ва­е­мые пра­ви­тель­ства­ми стран, затем можно сво­бод­но по­ку­пать и про­да­вать. Про­мыш­лен­ные пред­при­я­тия, к при­ме­ру, в со­сто­я­нии без осо­бых за­трат со­кра­тить объем вы­бро­сов, и тогда у них об­ра­зу­ет­ся «из­ли­шек» квоты. Эти из­лиш­ки они могут про­дать дру­гим пред­при­я­ти­ям, для ко­то­рых при­об­ре­сти их обой­дет­ся де­шев­ле, чем при­нять меры по со­кра­ще­нию вы­бро­сов. Пред­по­ла­га­лось, что по­доб­ный ры­ноч­ный под­ход поз­во­лит с наи­мень­ши­ми из­держ­ка­ми со­кра­тить объ­е­мы «пар­ни­ко­вых газов». Од­на­ко, в мае 2006 года ауди­тор­ская про­вер­ка по­ка­за­ла, что пра­ви­тель­ства не­сколь­ких стран ЕС вы­да­ли раз­ре­ше­ния на 66 мил­ли­о­нов «лиш­них» тонн дву­оки­си уг­ле­ро­да. Трей­де­ры тут же по­ня­ли, что де­фи­ци­та раз­ре­ше­ний на рынке не будет, в ре­зуль­та­те чего цена «из­лиш­ков» вско­ре сни­зи­лась до 9 евро.

Таким об­ра­зом, наи­бо­лее оче­вид­ная и ши­ро­ко об­суж­да­е­мая аль­тер­на­ти­ва сов­па­да­ет с пред­ло­же­ни­я­ми Хар­ди­на: при­нять за­ко­но­да­тель­ные меры (Hardin 1968: 1247). Если мы знаем, что, предо­став­лен­ные сами себе, мы будем «га­дить в соб­ствен­ном гнез­де», пред­став­ля­ет­ся ра­зум­ным вы­ра­бо­тать пра­ви­ла и меры на­ка­за­ния для на­ру­ши­те­лей, чтобы огра­дить нас от па­губ­ных по­след­ствий соб­ствен­ных дей­ствий. На этом ос­но­ва­нии ав­то­ры до­кла­да МГИК под­чер­ки­ва­ют: такие фе­но­ме­ны, как из­ме­не­ние кли­ма­та, «тре­бу­ют со­зда­ния си­сте­мы, с по­мо­щью ко­то­рой можно было бы ре­шать воз­ни­ка­ю­щие в связи с ними про­бле­мы» (Goldemberg et al. 1996: 21). В ка­че­стве ос­но­вы они пред­ла­га­ют взять Ра­моч­ную кон­вен­цию ООН об из­ме­не­нии кли­ма­та, ха­рак­те­ри­зуя ее как «си­сте­му кол­лек­тив­но­го при­ня­тия ре­ше­ний су­ве­рен­ны­ми го­су­дар­ства­ми». При этом в своем ана­ли­зе они со­сре­до­то­чи­ва­ют вни­ма­ние на «на­ци­о­наль­ных раз­ли­чи­ях в вос­при­я­тии, воз­мож­но­стях и целях», вли­я­ю­щих на про­цесс при­ня­тия ре­ше­ний на меж­ду­на­род­ной по­ли­ти­че­ской арене (Arrow et al. 1996: 59, 61).

Мно­гие ли­бер­та­ри­ан­цы сразу же още­ти­ни­ва­ют­ся от лю­бо­го на­ме­ка на то, что про­бле­мы, воз­ни­ка­ю­щие из-за из­ме­не­ния кли­ма­та, можно ре­шить с по­мо­щью цен­тра­ли­зо­ван­но­го пла­ни­ро­ва­ния. Они при­дер­жи­ва­ют­ся сле­ду­ю­щей по­зи­ции: раз мы не можем на­де­ять­ся на «оп­ти­маль­ный» уро­вень ста­биль­но­сти кли­ма­та, луч­ший ва­ри­ант со­сто­ит в том, чтобы про­сто сми­рить­ся с не­опти­маль­ным по­ло­же­ни­ем дел. И по­сколь­ку сво­бод­ный рынок, ар­гу­мен­ти­ру­ют они, пред­став­ля­ет собой наи­бо­лее эф­фек­тив­ную си­сте­му рас­пре­де­ле­ния ре­сур­сов для удо­вле­тво­ре­ния по­треб­но­стей об­ще­ства, наи­луч­ший спо­соб ре­ше­ния про­бле­мы из­ме­не­ния кли­ма­та  — предо­ста­вить ин­ди­ви­дам воз­мож­ность сво­бод­но и по-сво­е­му при­спо­саб­ли­вать­ся к этому фе­но­ме­ну. Как от­ме­ча­ет Джордж Рей­сман, «даже если гло­баль­ное по­теп­ле­ние  — это факт, сво­бод­ные граж­да­не, жи­ву­щие в усло­ви­ях ин­ду­стри­аль­ной ци­ви­ли­за­ции, без осо­бых труд­но­стей спра­вят­ся с ним: ко­неч­но, если их спо­соб­ность за­дей­ство­вать свою энер­гию и участ­во­вать в про­из­вод­стве не будет па­ра­ли­зо­ва­на эко­ло­ги­че­ски­ми ор­га­ни­за­ци­я­ми и го­су­дар­ствен­ным кон­тро­лем, вве­ден­ным по дру­гим при­чи­нам» (Reisman 2007).

Ни мейн­стрим­ная кон­цеп­ция, ни про­ти­во­сто­я­щая ей точка зре­ния ли­бер­та­ри­ан­цев не учи­ты­ва­ют в до­ста­точ­ной мере од­но­го важ­но­го фак­то­ра, в прин­ци­пе за­ни­ма­ю­ще­го цен­траль­ное место в ли­бер­та­ри­ан­ской па­ра­диг­ме: по мне­нию боль­шин­ства уче­ных, в ре­зуль­та­те из­ме­не­ния кли­ма­та по­стра­да­ют люди. Этот факт вы­нуж­да­ет нас раз­дви­нуть рамки про­сто­го об­суж­де­ния эко­но­ми­че­ской эф­фек­тив­но­сти и об­ра­тить­ся к эти­че­ской сто­ро­не дела. Когда ли­бер­та­ри­ан­цы утвер­жда­ют, что пра­виль­ным от­ве­том на из­ме­не­ние кли­ма­та было бы поз­во­лить ин­ди­ви­дам сво­бод­но адап­ти­ро­вать­ся к нему, они кос­вен­но ис­хо­дят из того, что эти из­ме­не­ния не со­пря­же­ны с на­ру­ше­ни­ем спра­вед­ли­во­сти. В про­тив­ном слу­чае со­зда­ние не­огра­ни­чен­ных воз­мож­но­стей для адап­та­ции по­ка­за­лось бы не­до­ста­точ­ным лю­бо­му ли­бер­та­ри­ан­цу: он вы­сту­пил бы за за­щи­ту прав по­стра­дав­ших. Но обо­ра­чи­ва­ет­ся ли из­ме­не­ние кли­ма­та не­спра­вед­ли­во­стью?

Ли­бер­та­ри­ан­ские кон­цеп­ции спра­вед­ли­во­сти вы­стро­е­ны во­круг идеи о том, что мы не долж­ны со­вер­шать не­ко­то­рых по­ступ­ков по от­но­ше­нию к людям, по­сколь­ку одних людей  — как са­мо­цен­ных ин­ди­ви­дов  — нель­зя про­тив воли ис­поль­зо­вать к вы­го­де дру­гих (Nozick 1974: 30–31). От­но­сить­ся к людям про­сто как к ре­сур­сам, пред­на­зна­чен­ным для по­треб­ле­ния дру­ги­ми,  — зна­чит, про­яв­лять к ним пол­ное не­ува­же­ние. Эта точка зре­ния за­ча­стую вы­ра­жа­ет­ся через по­ня­тие «прав» лич­но­сти.

Сфор­му­ли­ру­ем его сле­ду­ю­щим об­ра­зом: если у меня есть право на что-то, то меня нель­зя ли­шать этого за счет воз­дей­ствия дру­гих субъ­ек­тов нрав­ствен­но­сти, кроме тех слу­ча­ев, когда вла­де­лец прав пред­при­нял тот или иной «акт агрес­сии». По­это­му, если на нас кто-то на­па­да­ет, у нас есть ос­но­ва­ния пред­при­ни­мать про­тив на­па­да­ю­ще­го дей­ствия, ко­то­рые в любых дру­гих си­ту­а­ци­ях были бы не­при­ем­ле­мы. Как пра­ви­ло уби­вать людей нель­зя, но если я напал на вас с ножом, вам поз­во­ле­но убить меня. Впро­чем, и на этот раз нам не из­ба­вить­ся от при­ме­ров об­рат­но­го.

Джо­эль Файн­берг от­ме­ча­ет: «Пред­ста­вим, что вы от­пра­ви­лись в поход в горы и по­па­да­е­те в ме­тель, на­столь­ко силь­ную, что ваша жизнь ока­зы­ва­ет­ся под угро­зой. К сча­стью, вы на­бре­ли на пу­стую хи­жи­ну, за­пер­тую и за­ко­ло­чен­ную на зиму  — то есть явно чью-то соб­ствен­ность. Вы раз­би­ва­е­те окно, про­ни­ка­е­те внутрь и три дня пе­ре­жи­да­е­те бурю.

Все это время вы пи­та­е­тесь про­дук­та­ми из за­па­сов ва­ше­го не­из­вест­но­го бла­го­де­те­ля и сжи­га­е­те в печке его ме­бель, чтобы в хи­жи­не было тепло. Оче­вид­но, все эти ваши дей­ствия оправ­да­ны, но при этом вы не­со­мнен­но на­ру­ша­е­те права дру­го­го че­ло­ве­ка» (Feinberg 1978:102).

Хотя в не­ко­то­рых си­ту­а­ци­ях людям можно поз­во­лить со­вер­шать в от­но­ше­нии дру­гих по­ступ­ки, ко­то­рые в обыч­ных об­сто­я­тель­ствах были бы не­при­ем­ле­мы, вряд ли мы можем точно опре­де­лить, какие слу­чаи по­па­да­ют в эту ка­те­го­рию, а какие  — нет. По­жа­луй, можно оста­но­вить­ся на при­мер­но такой фор­му­ле: если у меня есть право на что-то, то меня нель­зя этого ли­шать за счет дей­ствий дру­гих в от­сут­ствие нрав­ствен­но зна­чи­мых при­чин для таких дей­ствий. Такая фор­му­ли­ров­ка, по­хо­же, со­от­вет­ству­ет на­ше­му ин­ту­и­тив­но­му пред­став­ле­нию о том, как права долж­ны дей­ство­вать на прак­ти­ке. В нор­маль­ной си­ту­а­ции ту­рист не дол­жен вла­мы­вать­ся в хи­жи­ну, по­сколь­ку она ему не при­над­ле­жит. Но тот факт, что в при­ме­ре, при­ве­ден­ном Файн­бер­гом, жизнь этого че­ло­ве­ка была под угро­зой, по­хо­же, яв­ля­ет­ся оправ­да­ни­ем для взло­ма. Этот вывод не озна­ча­ет, что вла­де­лец хи­жи­ны не имеет права на то, чтобы по­сто­рон­ние в нее не втор­га­лись. На­про­тив, имен­но из-за на­ли­чия этого права ту­ри­сту для оправ­да­ния его дей­ствий тре­бу­ют­ся нрав­ствен­но зна­чи­мые при­чи­ны.

Боль­шин­ство из нас на­вер­но со­гла­сит­ся с тем, что ува­же­ние к дру­гим не тре­бу­ет от нас из­бе­гать на­ру­ше­ния их прав любой ценой. Ско­рее речь идет о том, что мы долж­ны от­но­сить­ся к их пра­вам со всей се­рьез­но­стью и на­ру­шать их толь­ко в тех слу­ча­ях, когда мы можем оправ­дать свои дей­ствия на­ли­чи­ем весь­ма вес­ких при­чин (Gaus 2003: 7–10).

Наи­бо­лее оче­вид­ная ка­те­го­рия по­ся­га­тельств на права, ко­то­рые могут быть обу­слов­ле­ны из­ме­не­ни­ем кли­ма­та, свя­за­на с пря­мым ущер­бом для ин­ди­ви­дов и их иму­ще­ства от эко­ло­ги­че­ских фе­но­ме­нов. Одним из при­ме­ров здесь может слу­жить ожи­да­е­мое по­вы­ше­ние уров­ня воды в Ми­ро­вом оке­а­не. Рост сред­ней тем­пе­ра­ту­ры на пла­не­те спо­со­бен при­ве­сти к та­я­нию льдов, по­кры­ва­ю­щих часть суши, и од­но­вре­мен­но к рас­ши­ре­нию ак­ва­то­рии оке­а­нов. В ре­зуль­та­те часть соб­ствен­но­сти, рас­по­ло­жен­ной в при­бреж­ных рай­о­нах, будет за­топ­ле­на или по­лу­чит иные по­вре­жде­ния. По­сколь­ку эти по­след­ствия будут пря­мым ре­зуль­та­том ан­тро­по­ген­ных кли­ма­ти­че­ских из­ме­не­ний, у нас воз­ник­нет ин­ту­и­тив­ное мне­ние, что те, кто спо­соб­ство­вал этим яв­ле­ни­ям, на­ру­ша­ют права ин­ди­ви­дов, ко­то­рые от них стра­да­ют.

Можно было бы от­ме­тить, что кли­ма­ти­че­ская си­сте­ма по опре­де­ле­нию под­вер­же­на су­ще­ствен­ным ва­ри­а­ци­ям. Из этого, ка­за­лось бы, сле­ду­ет вывод, что у людей нет права на со­хра­не­ние опре­де­лен­ных эко­ло­ги­че­ских усло­вий  — ведь нет ни­ка­ко­го «пра­виль­но­го» со­сто­я­ния кли­ма­та, он все­гда может по­ме­нять­ся есте­ствен­ным об­ра­зом. Я, од­на­ко, счи­таю, что с уче­том ана­ли­за по­ня­тия «права», сде­лан­но­го выше, этот ар­гу­мент не­со­сто­я­те­лен.

Нель­зя остав­лять за скоб­ка­ми и дру­гую важ­ную при­чи­ну, по ко­то­рой кли­ма­ти­че­ские из­ме­не­ния бес­по­ко­ят людей. Ка­жет­ся не­спра­вед­ли­вым, что пред­ста­ви­те­ли не­ко­то­рых со­ци­аль­ных групп ли­шат­ся воз­мож­но­сти ин­те­гри­ро­вать­ся в об­ще­ство, в ко­то­ром они вы­рос­ли, из-за из­ме­не­ний в ма­те­ри­аль­ной среде. Во мно­гих слу­ча­ях целым на­ро­дам, чтобы вы­жить, при­дет­ся по­ки­нуть род­ные места, а не­ко­то­рые куль­ту­ры пол­но­стью ис­чез­нут. По­доб­ная пер­спек­ти­ва не может не тре­во­жить, но рав­но­силь­на ли она по­ся­га­тель­ству на права?

Пред­ста­вим себе такой ги­по­те­ти­че­ский сце­на­рий: мо­ло­дая де­вуш­ка по имени Акико, жи­ву­щая на одном из ти­хо­оке­ан­ских ост­ро­вов, стро­ит планы на бу­ду­щее. У нее пока нет ни­ка­кой соб­ствен­но­сти или про­фес­сии, так что пе­ре­ме­ны кли­ма­та не при­не­сут ей эко­но­ми­че­ско­го ущер­ба. Она про­сто рас­смат­ри­ва­ет раз­лич­ные ва­ри­ан­ты, чтобы ре­шить, как ей на­чать взрос­лую жизнь. Од­на­ко ме­ня­ю­ща­я­ся эко­ло­ги­че­ская си­ту­а­ция спо­соб­на ли­шить ее воз­мож­но­сти вести тот же образ жизни, что и ее пред­ки, и Акико при­дет­ся вно­сить в свои планы на бу­ду­щее со­от­вет­ству­ю­щие кор­рек­ти­вы.

Ис­то­рия по­лу­чи­лась груст­ной, но есть много слу­ча­ев, когда люди ли­ша­ют­ся воз­мож­но­сти вести ту жизнь, к ко­то­рой их при­учи­ла тра­ди­ци­он­ная куль­ту­ра, од­на­ко при этом их права не на­ру­ша­ют­ся. К при­ме­ру, мел­кие фер­ме­ры из какой-ни­будь де­рев­ни могут ока­зать­ся в труд­ной си­ту­а­ции из-за по­яв­ле­ния в их рай­о­не круп­ной сель­хоз­кор­по­ра­ции: за счет эф­фек­тив­но­сти и мас­шта­ба она сби­ва­ет цены на те виды про­дук­ции, ко­то­рую про­из­во­дят фер­ме­ры, на­столь­ко, что они уже не могут за счет ее ре­а­ли­за­ции под­дер­жи­вать свой тра­ди­ци­он­ный образ жизни. Ре­бе­нок из такой де­рев­ни  — на­зо­вем его Дже­бе­дия  — на пер­вый взгляд ока­зы­ва­ет­ся в той же си­ту­а­ции, что и Акико. Из­ме­нив­ши­е­ся усло­вия на рынке не поз­во­лят ему про­дол­жать жизнь в рам­ках той куль­ту­ры, в ко­то­рой он вос­пи­тан.

Мы, од­на­ко, не счи­та­ем, что сель­хоз­кор­по­ра­ция, ре­а­ли­зуя на рынке свою про­дук­цию в боль­шем объ­е­ме и по более низ­ким ценам, де­ла­ет нечто не­по­до­ба­ю­щее  — хотя нрав­ствен­но зна­чи­мых при­чин для по­доб­ных дей­ствий у нее может не быть.

Стоит также от­ме­тить, что права Акико в первую оче­редь свя­за­ны с по­след­стви­я­ми для всего ост­ров­но­го на­ро­да. С хо­ли­сти­че­ской точки зре­ния, со­об­ще­ство, в ко­то­ром живет Акико, пред­став­ля­ет собой си­сте­му вза­и­мо­за­ви­си­мо­стей, и его «бла­го­со­сто­я­ние» или «упа­док» нель­зя вос­при­ни­мать про­сто как сумму со­от­вет­ству­ю­щих эф­фек­тов для от­дель­ных чле­нов об­щи­ны. Из­ме­не­ние кли­ма­та на­но­сит ущерб не толь­ко соб­ствен­но­сти дру­гих, но и проч­но­сти об­щи­ны, в ко­то­рой она вы­рос­ла, в со­ста­ве ко­то­рой хо­те­ла и на­де­я­лась жить. В со­от­вет­ствии с на­ши­ми пред­по­ло­же­ни­я­ми, воз­мож­но­сти, ко­то­рых ли­ши­лась Акико, на­пря­мую за­ви­се­ли от бла­го­по­лу­чия со­об­ще­ства в целом. По­это­му, воз­ра­жая про­тив утра­ты воз­мож­но­стей для су­ще­ство­ва­ния в рам­ках род­ной куль­ту­ры, Акико про­те­сту­ет про­тив утра­ты ее со­об­ще­ством устой­чи­во­сти из-за на­ру­ше­ний функ­ций его чле­нов в ре­зуль­та­те кли­ма­ти­че­ских из­ме­не­ний.

До сих пор мы го­во­ри­ли о по­тен­ци­аль­ном по­ся­га­тель­стве на права людей в ре­зуль­та­те по­вы­ше­ния опас­но­сти кли­ма­ти­че­ской си­сте­мы из-за из­ме­не­ния кли­ма­та. Но есть еще и фак­тор вре­ме­ни. Может по­ка­зать­ся, что про­стой вре­мен­ной раз­рыв между при­чи­ной и след­стви­ем вроде бы не яв­ля­ет­ся тем па­ра­мет­ром, из-за ко­то­ро­го мы долж­ны были бы от­ри­цать, что по­ся­га­тель­ство на права имело место. Не­со­мнен­но, я по­ся­гаю на ваше право на жизнь, под­ло­жив в ваш дом бомбу с ча­со­вым ме­ха­низ­мом, не­за­ви­си­мо от того, какой срок я вы­ста­вил на тай­ме­ре (при том, ко­неч­но, что в этот мо­мент вы не бу­де­те от­сут­ство­вать).

Од­на­ко мы можем прий­ти к дру­го­му вы­во­ду, если по­ду­ма­ем, что по­ло­же­ние тех, кого за­тро­ну­ло не­га­тив­ное воз­дей­ствие кли­ма­ти­че­ских из­ме­не­ний, не обя­за­тель­но ока­жет­ся хуже, чем в от­сут­ствие этих из­ме­не­ний. Пред­ста­вим, что по­след­ствия из­ме­не­ния кли­ма­та не стали ре­аль­но­стью. Это зна­чит, что те, кто спо­соб­ство­вал бы этому из­ме­не­нию, тра­тят свои день­ги на дру­гие цели, пу­те­ше­ству­ют в дру­гие места, вы­би­ра­ют дру­гую ра­бо­ту. И, что еще важ­нее, они встре­ча­ют­ся с дру­ги­ми лю­дь­ми и влюб­ля­ют­ся при дру­гих об­сто­я­тель­ствах.

Как ука­зы­ва­ет в своей книге «При­чи­ны и люди» Дерек Пар­фит, «каж­дый из нас по­явил­ся на свет бла­го­да­ря двум клет­кам из мил­ли­о­нов таких же: спер­ма­то­зо­и­ду и яй­це­клет­ке, ко­то­рую он опло­до­тво­рил» (Parfit 1986: 351). Если бы наши ро­ди­те­ли за­ча­ли детей при дру­гих об­сто­я­тель­ствах (и воз­мож­но даже с дру­ги­ми с дру­ги­ми парт­не­ра­ми), вме­сто нас на свет по­яви­лись бы дру­гие люди, а нас бы про­сто не су­ще­ство­ва­ло. Пар­фит от­ме­ча­ет: «Если выбор между двумя ва­ри­ан­та­ми со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки за­тра­ги­ва­ет уро­вень и ка­че­ство жизни людей на целое сто­ле­тие впе­ред, он также за­тро­нет осо­бен­но­сти бу­ду­щей жизни всех чле­нов на­ше­го об­ще­ства. Таким об­ра­зом, не­ко­то­рые из тех, кто по­явит­ся на свет, будут обя­за­ны самим своим су­ще­ство­ва­ни­ем этому на­ше­му вы­бо­ру. А через сто­д­ве­сти лет то же самое можно будет ска­зать обо всех чле­нах на­ше­го об­ще­ства».

При­зна­вая этот фе­но­мен, опре­де­ля­е­мый как «про­бле­ма иден­тич­но­сти», мы по­лу­ча­ем весь­ма не­ожи­дан­ный ре­зуль­тат. Если мы из­ме­ним кли­мат, его эф­фек­ты на себе ощу­тят люди, ко­то­рые воз­мож­но про­сто не су­ще­ство­ва­ли бы, если бы это из­ме­не­ние не про­изо­шло.

Со­от­вет­ствен­но, из-за того, что мы до­пу­стим такое из­ме­не­ние, они про­сто не могут ока­зать­ся в худ­шем по­ло­же­нии, чем в рам­ках лю­бо­го дру­го­го ре­аль­но воз­мож­но­го для них сце­на­рия. Кли­мат, в ко­то­ром они будут жить, яв­ля­ет­ся не­об­хо­ди­мым усло­ви­ем для са­мо­го их су­ще­ство­ва­ния. По­ся­га­ем ли мы на права этих людей, спо­соб­ствуя кли­ма­ти­че­ским из­ме­не­ни­ям? Ин­ту­и­тив­ный ответ ско­рее всего будет от­ри­ца­тель­ным. Кто-то, од­на­ко, может ука­зать: даже если по­след­ствия из­ме­не­ния кли­ма­та в стро­гом смыс­ле слова не ухуд­ша­ют ни­чье­го по­ло­же­ния по срав­не­нию с иными ва­ри­ан­та­ми, они все же обер­нут­ся для людей бу­ду­ще­го опре­де­лен­ны­ми из­держ­ка­ми.

Джеймс Вудворд, в част­но­сти, от­ме­ча­ет в этой связи: «В своих ме­му­а­рах «Че­ло­век в по­ис­ках смыс­ла» Вик­тор Фран­кл пишет, что за­клю­че­ние в на­цист­ском конц­ла­ге­ре укре­пи­ло его ха­рак­тер, поз­во­ли­ло лучше по­нять людей и выше це­нить жизнь. В про­тив­ном слу­чае он не при­об­рел бы та­ко­го опыта. Есть ос­но­ва­ния пред­по­ла­гать, что из­де­ва­тель­ства, ко­то­рым его под­верг­ли на­ци­сты, стали не­об­хо­ди­мым усло­ви­ем для той пол­ной жизни, что он вел позд­нее, и если бы на­ци­сты вели себя по-дру­го­му, его даль­ней­шая жизнь была бы не столь яркой и осмыс­лен­ной. Од­на­ко из од­но­го этого факта явно не сле­ду­ет, что на­ци­сты не по­сту­пи­ли с Фран­к­лом предо­су­ди­тель­но и не на­ру­ши­ли его права» (Ibid., 809).

Выше я рас­смот­рел ряд путей, ко­то­ры­ми из­ме­не­ние кли­ма­та может от­ра­зить­ся на людях, и не­сколь­ко под­хо­дов к во­про­су о мо­раль­ной ре­ле­вант­но­сти этих эф­фек­тов в плане прав лич­но­сти. Я вы­дви­нул сле­ду­ю­щий тезис: нель­зя счи­тать, что по­ся­га­тель­ство на права все­гда не­ле­ги­тим­но  — наше ува­же­ние друг к другу имеет свои пре­де­лы. Тем не менее, ува­же­ние к людям и их пра­вам  — важ­ный эле­мент любой со­сто­я­тель­ной эти­че­ской тео­рии. В рам­ках более тща­тель­но­го ана­ли­за этого во­про­са с ли­бер­та­ри­ан­ских по­зи­ций важ­ней­шее зна­че­ние имеет поиск оп­ти­маль­но­го ба­лан­са между этими двумя те­зи­са­ми.