— Какой у вас кра­си­вый пояс!  — за­ме­ти­ла вдруг Алиса. (До­ста­точ­но уже они по­го­во­ри­ли о воз­расте, и если они и вправ­ду по оче­ре­ди вы­би­ра­ли темы для бе­се­ды, то те­перь был ее черед.)

— Нет, не пояс, а гал­стук!  — тут же по­пра­ви­лась она.  — Ведь это, ко­неч­но, гал­стук... Или нет... Я, ка­жет­ся, опять ошиб­лась. Это пояс!

Шал­тай-Бол­тай на­хму­рил­ся.

— По­жа­луй­ста, про­сти­те!

Вид у Шал­тая был такой оби­жен­ный, что Алиса по­ду­ма­ла: «Зачем толь­ко я за­го­во­ри­ла про это!»

— Если б толь­ко я могла разо­брать, где у него шея, а где талия,  — ска­за­ла она про себя.

Судя по всему, Шал­тай-Бол­тай очень рас­сер­дил­ся. С ми­ну­ту он мол­чал, а потом про­си­пел глу­бо­ким басом:

— Как мне... на­до­е­ли... все, кто не может от­ли­чить пояса от гал­сту­ка!

— Я страш­но не­об­ра­зо­ван­ная, я знаю!  — ска­за­ла Алиса с таким сми­ре­ни­ем, что Шал­тай мгно­вен­но смяг­чил­ся.

— Это гал­стук, дитя мое! И очень кра­си­вый! Тут ты со­вер­шен­но права! По­да­рок от Бе­ло­го Ко­ро­ля и Ко­ро­ле­вы! По­нят­но?

— Не­уже­ли?  — вос­клик­ну­ла Алиса, ра­ду­ясь, что тема для раз­го­во­ра была все же вы­бра­на удач­но.

— Они по­да­ри­ли его мне,  — про­дол­жал за­дум­чи­во Шал­тай-Бол­тай, за­ки­нув ногу за ногу и об­хва­ты­вая ко­ле­но ру­ка­ми,  — они по­да­ри­ли его мне на день... на день не­рож­де­нья.

— Про­сти­те?  — пе­ре­спро­си­ла Алиса, рас­те­ряв­шись.

— Я не оби­дел­ся,  — от­ве­чал Шал­тай-Бол­тай.  — Мо­жешь не из­ви­нять­ся!

— Про­сти­те, но я не по­ня­ла: по­да­рок на день не­рож­де­нья? Что это такое?

— По­да­рок, ко­то­рый тебе дарят не на день рож­де­нья, ко­неч­но. Алиса за­ду­ма­лась.

— Мне боль­ше нра­вят­ся по­дар­ки на день рож­де­нья,  — ска­за­ла она на­ко­нец.

— А вот и зря!  — вскри­чал Шал­тай-Бол­тай.  — Сколь­ко в году дней?

— Три­ста ше­сть­де­сят пять.

— А сколь­ко у тебя дней рож­де­нья?

— Один.

— Три­ста ше­сть­де­сят пять минус один  — сколь­ко это будет?

— Три­ста ше­сть­де­сят че­ты­ре, ко­неч­но. Шал­тай-Бол­тай по­гля­дел на Алису с не­до­ве­ри­ем.

— Ну-ка, по­счи­тай на бу­маж­ке,  — ска­зал он.

Алиса улыб­ну­лась, вы­ну­ла из кар­ма­на за­пис­ную книж­ку и на­пи­са­ла:

Шал­тай-Бол­тай взял книж­ку и уста­вил­ся в нее.

— Ка­жет­ся, здесь нет ошиб...  — начал он.

— Вы ее дер­жи­те вверх но­га­ми,  — пре­рва­ла его Алиса.

— Ну, ко­неч­но,  — ве­се­ло за­ме­тил Шал­тай-Бол­тай и взял пе­ре­вер­ну­тую Али­сой книж­ку.  — Тото я смот­рю, как стран­но все это вы­гля­дит! По­это­му я и ска­зал: «Ка­жет­ся, здесь нет ошиб­ки!»,  — хоть я и не успел разо­брать­ся как сле­ду­ет... Зна­чит, так: три­ста ше­сть­де­сят че­ты­ре дня в году ты мо­жешь по­лу­чать по­дар­ки на день не­рож­де­нья...

— Со­вер­шен­но верно,  — ска­за­ла Алиса.

— И толь­ко один раз на день рож­де­нья! Вот тебе и слава!

— Я не по­ни­маю, при чем здесь «слава»?  — спро­си­ла Алиса.

Шал­тай-Бол­тай пре­зри­тель­но улыб­нул­ся.

м И не пой­мешь, пока я тебе не объ­яс­ню,  — от­ве­тил он.  — Я хотел ска­зать: «Разъ­яс­нил, как по пол­кам раз­ло­жил!»

— Но "слава" со­всем не зна­чит: «разъ­яс­нил, как по пол­кам раз­ло­жил!»  — воз­ра­зи­ла Алиса.

— Когда я беру слово, оно озна­ча­ет то, что я хочу, не боль­ше и не мень­ше,  — ска­зал Шал­тай пре­зри­тель­но.

— Во­прос в том, под­чи­нит­ся ли оно вам,  — ска­за­ла Алиса.

— Во­прос в том, кто из нас здесь хо­зя­ин,  — ска­зал Шал­тай-Бол­тай.  — Вот в чем во­прос!